ПАО «Передвижная энергетика»

эффективная генерация для изолированных поселков

ОБЗОР НОВОСТЕЙ ВИЭ

14.06.2017 12:30:00

Мир переходит на энергосберегающий тариф

Темпы роста мирового потребления первичных энергоресурсов минимальны уже третий год подряд. В 2016-м рост составил около 1%, притом что средний показатель за десятилетие почти вдвое выше — 1,8%, говорится в ежегодном статистическом обзоре мировой энергетики компании BP. Нефть остается самым востребованным энергоресурсом, доля угля в мировом энергетическом балансе в минувшем году сократилась до минимума с 2004 года, а возобновляемая энергетика росла рекордными темпами.

Около трети мирового потребления приходится на нефть, которая остается самым востребованным энергоносителем в мире, констатируют в BP. Благодаря низким ценам спрос на нее вырос на 1,6% в прошлом году, тогда как добыча увеличилась лишь на 0,5%. Крупнейшими импортерами сырой нефти остались США и Китай (7,9 млн и 7,7 млн баррелей в сутки соответственно).

Рост потребления натурального газа замедлился до 1,5% при среднем десятилетнем значении 2,3%, сильнее всего потребление выросло в ЕС — на 7,1%. Добыча газа выросла лишь на 0,3%, причем падение добычи в США компенсировалось ее ростом в Иране и Австралии, где были введены в строй новые мощности по производству сжиженного природного газа (СПГ). BP ожидает роста производства СПГ на 30% к 2020 году.

Наихудшие показатели продемонстрировала угольная индустрия: мировая добыча сократилась на 6,1%, потребление — на 1,7%. При этом доля угля в мировом энергетическом балансе опустилась до 28,1% — это самый низкий уровень с 2004 года. В США и Китае отмечалось одновременное снижение добычи (-19% и -7,9% соответственно) и потребления (-8,8% и -1,6%), Великобритания в рамках программы отказа от угля снизила потребление этого вида топлива сразу на 52,5%.

Самыми быстрыми темпами росло потребление ВИЭ. Объем электричества, полученного за счет ветра, солнца, геотермальной энергии, биомассы и отходов во всем мире вырос на 14,1%, что несколько ниже средних десятилетних темпов роста (15,7%), но обеспечило рекордный прирост в абсолютном выражении (52,9 млн тонн нефтяного эквивалента). Более половины роста пришлось на ветроэнергетику, самыми быстрыми темпами ВИЭ развивались в Азиатско-Тихоокеанском регионе (60% мирового роста). Однако в мировом производстве электроэнергии доля ВИЭ в 2016 году выросла незначительно — с 6,7% до 7,5%. Потребление атомной энергии возросло на 1,3% (лидером роста стала КНР, прибавив 24,5%), гидроэнергетика выросла на 2,8%.

Зеленая энергетика понравилась инвесторам

К 2022 году в России может быть построено 2341,87 МВт ветряных электростанций, 520 МВт солнечных и две малые ГЭС мощностью 24,9 МВт

Администратор торговой системы в пятницу завершил первый этап приема заявок на участие в конкурсных проектах строительства объектов возобновляемой энергетики. По данным системы, к 2022 г. в России может быть построено 2341,87 МВт ветряных электростанций, 520 МВт солнечных и две малые ГЭС мощностью 24,9 МВт каждая (см. график).

Три солнечные электростанции в регионах своего присутствия построит «Т плюс» (входит в «Ренову» Виктора Вексельберга), рассказал «Ведомостям» представитель компании: два проекта предполагают строительство электростанций 30 и 15 МВт к 2020 г., еще одна солнечная станция – на 25 МВт будет построена в 2022 г. По его словам, локализация оборудования будет обеспечена за счет заключения договоров поставки на солнечные панели с компанией «Хевел» (совместное предприятие «Реновы» и «Роснано»), имеющей производство на территории России, а поставщики инверторного оборудования и других компонентов будут определены на конкурсе.

Заявки на строительство малых ГЭС подала «Русгидро», сказал «Ведомостям» ее представитель. В 2021–2022 гг. будут построены Красногорские МГЭС-1 и МГЭС-2 в Карачаево-Черкессии. Согласно материалам закупок, «Энел Россия» рассматривает возможность строительства ветропарка в Ставропольском крае мощностью до 300 МВт. Совместно с «Роснано» возобновляемыми источниками энергии планирует заняться «Фортум», ранее «Совет рынка» закрепил за подконтрольной ему «Фортум энергией» группу точек поставки энергии мощностью 1,4 ГВт. На аналогичном конкурсе год назад входящая в «Росатом» «ВетроОГК» получила право на строительство ветряков общей мощностью 610 МВт.

В пятницу представители «Энел Россия» и «ВетроОГК» от комментариев отказались, представитель «Фортума» не ответил на запрос.

«Т плюс» оценивает возможность строительства ветряных электростанций, но на текущем отборе такие заявки не подавал, сказал представитель компании. Развитие возобновляемой энергетики в регионах присутствия является одним из направлений долгосрочной стратегии «Т плюса», отметил он. Сейчас «Т плюс» владеет солнечными станциями мощностью 145 МВт. К запуску готовится вторая очередь Орской солнечной станции в Оренбургской области, которая увеличит мощность станции до 40 МВт. По итогам ранее уже прошедших отборов компания планирует запустить в Оренбургской области еще 105 МВт солнечных мощностей.

Все проекты будут реализованы по схеме договоров о предоставлении мощности (ДПМ), которые обеспечивают инвесторам возврат вложенных средств с высокой доходностью (около 14%). На втором этапе, который пройдет на следующей неделе, у потенциальных инвесторов будет возможность уточнить цену и заявленную мощность в уже поданных заявках.

Анатолий Чубайс о развитии солнечной и ветроэнергетики в РФ: «Мы долгое время были вне мирового процесса»

— В 2017 году соединились наконец два тренда. Один тренд мировой — никому уже не надо доказывать, что нужна альтернативная энергетика. А второй тренд — российский. Мы долгое время были вне этого мирового процесса, долго раскачивались — и в этом году процесс пошел. Во-первых, солнечная энергетика как национальный стартап в моем понимании — состоялась, чтобы ее разрушить, нужно сделать какие-то немыслимые дурости. В области ветроэнергетики — тоже пока все идет хорошо. А это и есть две главные части зеленой энергетики, по ним есть точка счастливого соединения.

— Представители вашего партнера по ветроэнергетике в РФ — компания «Фортум» — на Красноярском экономическом форуме говорили о сложностях в работе в России. Возникающих в том числе из-за жестких правил по подключению к сети, локализации оборудования, из-за дополнительных административных требований — что в результате заметно удорожает процесс как производства оборудования, так и произведенной энергии.

— Это чистая правда, да. Именно потому, что ветроэнергетика сейчас запускается, она попадает в полномасштабный круг проблем, свойственный для серьезного стартапа национального уровня. Приведу один пример. У ветростанций мощностью 2,5 мегаватт, а именно такие строятся в Ульяновской области в рамках нашего совместного с «Фортумом» проекта, высота башни 97 метров, длина лопастей 60 метров. Если к 90 прибавить 60, получается больше 100 — и по правилам Градостроительного кодекса, это уникальное сооружение, требующее невероятного количества согласований и экспертиз. Мы говорим: «электростанций мощностью 2,5 мегаватт в мире построено больше миллиона штук, это — не уникальный объект». Нам отвечают: «Да, мы понимаем, но вот строчка закона, а вот наша норма, как быть?» К счастью, Минстрой нашел взвешенный подход, который позволил решить эту проблему для ульяновского проекта, но нам придется решать все системно: пересматривать СНИПы, ГОСТы, систему норм по присоединению к сетям, по резервированию мощностей в энергетике, вероятно — и некоторые законы. Надо будет провести большую нормативно-техническую работу для того, чтобы ветроэнергетика в России получила законное право. Пробивать это, как всегда в первом проекте по созданию новой отрасли, нужно будет собственным лбом, что мы сейчас и делаем.

— Приходится ли вам до сих пор отвечать на вопросы, зачем вы все это делаете, зачем РФ нужна возобновляемая энергетика, когда у нас столько нефти и газа?

— Конечно, приходится. Это логика, выложенная в России из «железобетонных шпал» — у нас много нефти и газа, электроэнергия, выработанная из газа, дешевле, чем альтернативная,— зачем государство должно субсидировать альтернативную энергетику?

— И что вы им отвечаете?

— Есть тренд во всем мире, который приводит в точку под названием «сетевой паритет», когда цена киловатт-часа, выработанного в возобновляемой энергетике, становится равна цене киловатт-часа, полученного в тепловой энергетике. Эту точку паритета уже начал проходить весь мир в 2014–2015 годах и закончит буквально за одно десятилетие. В России сетевой паритет случится несколько позже по объективным причинам, в том числе из-за дешевого газа, но он неизбежен. Теперь представьте себе, что мы ничего не делаем и ждем 2025 года. Что это значит? Весь мир пересел на автомобиль, а мы продолжаем запрягать лошадь. Мало того, что мы получаем все известные экологические проблемы и серьезно влияем на изменение климата. В экономической области также окажется, что строительство новых тепловых станций уже невыгодно по сравнению с альтернативной энергетикой. Уже сейчас ряд экспертов предсказывает, что с 2025 года РФ вступит в ситуацию, когда спрос на мощность превысит имеющийся запас,— нужно будет новое строительство, новые вводы.

— Но сейчас же у нас избыток мощностей?

— Абсолютно правильно. Но к 2025 году он закончится. И к этому моменту — представьте, что у нас нет альтернативной энергетики. Это означает, что новые газовые или угольные вводы делать бессмысленно, потому что они неэффективны — а в стране полностью отсутствует какое-либо производство оборудования в области солнечной энергетики, ветроэнергетики, ниокровский задел, который позволяет «апгрейдить» технологии, полностью отсутствуют кадры, инженеры, образование. И мы начнем все это импортировать, создавая рынок другим странам? К счастью, Россия уже выбрала другой путь. У нас к 2025 году, я думаю, будет около 5500 Мвт объектов ВИЭ (солнце, ветер, малая гидроэнергетика), у нас будет — собственно, уже есть — производство оборудования для отрасли и собственная продуктовая линейка. Надеюсь, что в ближайшие полтора-два года мы создадим в России производство оборудования и для ветра. Наконец, мы уже сегодня всерьез говорим про экспорт, отрабатываем модели экспорта солнечных электростанций, готовимся к тендерам за рубежом по солнечной энергетике. Мы также «апгрейдили» нашу продуктовую линейку по солнечным панелям. Начинали мы с полного трансфера технологий — сейчас запустили собственное производство российских солнечных панелей с КПД 21%. Думаю, таким же путем пойдем в ветроэнергетике.

— Ряд исследователей, в том числе Игорь Башмаков из Центра по эффективному использованию энергии, считают, что наиболее перспективное направление для развития ВИЭ в РФ — это территории автономного децентрализованного энергоснабжения, где зеленая энергетика могла бы заменить привозной дизель и мазут. Что вы думаете по этому поводу?

— Это сто процентов правда. Мы сами говорили об этом много лет, а теперь уже и начали делать. Средний тариф в изолированных районах, думаю, что втрое выше, чем по стране. Что такое северный завоз, скажем, в удаленных поселках в Якутии? Иногда топливо везут три года — потому что завоз идет только речным путем, а за одну навигацию (которая из-за климатических условий может быть всего три-четыре недели) можно успеть пройти только одну реку, потом ждать еще год, потом вторую, потом опять ждать. Топливо получается золотым. В чем альтернатива? Гибридные установки, сочетающие солнце, ветер, аккумулятор и дизель. Первую гибридную энергоустановку (без ветра) в изолированном районе мы построили в 2013 году. Через шаг, я надеюсь, мы добавим к ней ветрогенератор. Получается ситуация, когда при наличии ветра у тебя идет безтопливная ветрогенерация, при наличии солнца — солнечная. Все это попадает в литиево-ионный аккумулятор, который накапливает энергию. Если совсем нет ни ветра, ни солнца, можно использовать дизель. Экономия дизтоплива при этом колоссальная — не менее 30%. Для России это фантастически перспективная вещь. По территории подобные регионы — это около 70%, проживает там около 10% населения. Это Камчатка, Колыма, Чукотка, Якутия почти вся, большая часть Красноярского края, Тюменская область, Мурманская, север Архангельской области. Даже в регионах, входящих в единую энергосистему страны, есть большое количество изолированных энергорайонов.

— А откуда регионы смогут взять деньги на эти программы?

— Эти программы окупаемы. Тариф там втрое выше. Нужно решить единственную задачу, которая называется «долгосрочная фиксация тарифа». Если у тебя тариф выше, то он позволяет вложить средства и получить их обратно в виде платежей. Тут нужен концессионный механизм или иные специальные решения, которые позволили бы сделать тариф долгосрочным.


Возврат к списку

В начало раздела